Чем грозит Армении дальнейший рост внутреннего долга - Вардан Арамян

АрмИнфо.Увеличение доли внутреннего долга в общем правительственном долге Армении до 47% к маю 2023 года можно рассматривать с двух сторон - и как достижение экономических властей и как <невольное> торпедирование ими развития экономики. Такое мнение в беседе с корреспондентом АрмИнфо выразил экс- министр финансов Армении, международный консультант по управлению госфинансами Вардан Арамян. <Любым инструментом необходимо пользоваться разумно.

Тут не обойтись без мудрого высказвания: <Всё есть яд и всё есть лекарство. Только доза делает лекарство ядом и яд лекарством>. Оно вполне применимо к оценке величины внутреннего долга, так как при превышении допустимой нормы - эти обязательства могут притормаживать темпы наращивания в стране экономического роста>, считает Арамян.

Чтоб не упереться в потолок

В последние годы в республике последовательно росла доля внутреннего долга в составе правительственного долга: если в 2009 году эта доля составляла 14%, то к концу 2021-го года удельный вес внутреннего долга был на уровне 29.4%, по итогам 2022-го показатель достиг до 41,6%, а к концу апреля т.г. - возрос до 46.6%. А драмовый долг (валюта привлечения) - с 28.8% по итогам 2021-го подскочила до 37,9% к концу 2022 года  и увеличился к маю текущего до 39.8%. При этом, согласно Стратегии правительства по управлению государственным долгом на 2023-25 годы, удельный вес внутреннего долга к концу целевого периода было намечено довести до 37.3%, а драмового - до 36.9%.

В связи с этим, как заметил Арамян, есть две новости, одна хорошая, вторая не очень.  Хорошая новость в том, что мировая практика почти не знает примеров кризиса или дефолта по причине недостаточности ликвидности страны и неспособности погасить кредиторскую задолженность по внутреннему долгу. В данном случае, уточняет эксперт, говоря о внутреннем долге, следует понимать не только драмовый долг, а долг, держателем которого являются резиденты страны.

Перенос центра тяжести на внутренние заимствования вполне оправдан как с точки зрения возможностей использования внутренних сбережений, так и низким уровнем опасности, обусловленным наличием возможности его перевыпуска, так называемого rolloverа. Другое дело, что цена его реструктуризации может быть высокой, как это было в Аргентине, где внутренний долг был перевыпущен с годовой процентной ставкой, превышающей 200%.  Если у правительства есть проблемы с ликвидностью, связанные с погашением долга, у него всегда есть возможность избежать дефолта из-за внутренного долга за счет сеньоража:  Правительство выпускает новый долг, ЦБ скупает его на рынке, и на вырученные средства власти погашают предыдущий долг. Опасность последнего в возможной, - временной инфляции из-за вливания больших средств в экономику страны. <С этой точки зрения внутренний долг всегда предпочтительнее внешнего>, - уточняет экс-министр.

Долг может быть и нерисковым, заверяет экономист

<КРАСНЫЙ> критический уровень опасности, как поясняет эксперт, касается внешнего долга, эммитированного на международном рынке капитала в иностранной валюте. На втором месте <рейтинга опасности> находится внутренний долг, выпущенный в национальной валюте, держателем части которой являются нерезиденты (тоже является внешним долгом).

А вот лидером <рейтинга безопасных для страны видов долга>, являются внешние обязательства перед международными организациями развития (WB, IMF, ADB, CFI).  <Жизнь показывает, что крайне редко наступают кризисы из-за данных обязательств, поскольку данные <игроки> не склонны лицезреть страну-должника, скатывающуюся в пучину экономического кризиса>, - отмечает Вардан Арамян. МВФ (IMF) в рамках своего мандата по поддержанию макро-экономической и фискальной стабильности, ВБ (WB) - своего - на экономическое развитие, выделяя стране средства на проекты развития, даже в рамках кредита бюджетной поддержки, задают правительству <домашнюю работу> (ВБ), которая на практике является пакетом необходимых реформ.

Говорить о безопасном уровне внутреннего долга или госдолга, в целом, основываясь только на показателе <долг к ВВП> - дело неперспективное, отмечает международный консультант:  <Мир был очевидцем российского долгового кризиса в размере 38.5% к ВВП в 1998 году и долгового кризиса в Аргентине с ее 128% к ВВП. То есть показатель долг/ВВП является важным, но не единственным, - для тех, кто кредитует страну также очень важны существующие темпы и перспективы экономического развития страны, поведение и политика правительства, эффективность собираемых налогов и их удельный вес в ВВП, структура бюджетных расходов и т.д.

Когда кредитуется правительство, а не местный бизнес

Внутренний долг, выпускаемый в годовом разрезе, как и любое <лекарство> в больших дозах может навредить организму, и, в конечном итоге, привести к заболеваниям, отмечает эксперт.

Вардан Арамян напоминает о т.н. <эффекте вытеснения>, когда государство, занимая чрезмерно больше средств внутри страны (в 2020 году правительство РА эммититровало внутренний долг в 300 млрд драмов, 250 млрд драмов - в 2021-м и столько же в 2022-м) оставляет сравнительно меньше средств для частного сектора, тем самым вытесняя инвестиции, - фактически лишая экономику десятков миллиардов драмов потенциальных инвестиций. Помимо этого у большинства отечественных компаний, по объективным причинам ограничены возможности доступа к зарубежным кредитным ресурсам, и они в состоянии брать кредиты только внутри страны.

<Банки охотнее выдают займы под те же проценты государству с нулевым риском из-за чего правительство, хоть и опосредованно, но способствует вытеснению инвестиций из частного сектора, и лишает страну еще одного источника роста>, - поясняет Арамян.

Есть некоторое беспокойство

На сегодня, рассматривая структуру правительственного долга, экс-глава Минфина испытывает некоторое беспокойство. Связано это с тем, что в 2022 году сократилась доля долгосрочных облигаций и увеличился объем краткосрочных (текущего долга). При сохранении данной тенденции это чревато проблемами ликвидности в будущем.

Вторая группа рисков исходит из макроэкономической среды. Эксперт отмечает, что улучшение соотношения госдолг/ВВП обусловлено почти 18%-й ревальвацией армянского драма (<вклад> фактора экономист оценивает в 5-6 п.п.). <По итогам 2022 года 62.1% правительственного долга (71.2% к концу 2021-го) приходится на долг в иностранной валюте>, - напоминает Арамян. Резкий экономический прирост - неподкрепленный ростом производительности и крупными инвестициями в экспортоориентированные отрасли страны, тоже внес свою - значительную лепту. На долю последнего приходится еще 3-3.5% п.п.  <улучшенного показателя> по госдолгу к ВВП.

<А что, если способствующие небывалому <буму> экзогенные факторы также внезапно исчезнут? До каких высот тогда взлетит госдолг в иностранной валюте и куда скатиться ВВП? Не будем забывать, что в состоянии в некотором роде схожего <бума> мы пребывали долгие 6 лет - с 2002-го 2008-й, когда был отмечен беспрецедентный рост денежных переводов и неэкспортных отраслей. Но потом <неожиданно> пришел 2009-й год и спад ВВП на все 14 с лишним процентов>, -  заключил Вардан Арамян.